Сказка
Дмитриев Иван Иванович
Ну, всех ли, милые мои, пересчитали?
Довольно, право, ведь устали!
Послушайте меня, я сказку вам скажу;
Садитесь все вокруг, да чур... уж не жужу!
Однажды адской воевода,
Вы знаете, кто он? —
Угрюмый бородач, по имени Плутон,
Зовет к себе богов проворна скорохода —
Эрмия, и дает приказ:
«Ступай на землю ты в сей час
И выбери мне там трех девушек пригожих,
Или хоть вдовушек, лишь с фуриями схожих;
А эти уж стары, пора им отдохнуть!»
Меркурий порх, и кончил путь
Скорей, чем два раза мигнуть.
С минуту погодя, и важная Юнона
Ирисе говорит с блистательного трона:
«Послушай, душенька, не можешь ли ты мне
Найти в подлунной стороне
Трех девушек прекрасных,
Невлюбчивых, бесстрастных
И целомудренных, как чистых голубиц?..
Мне очень хочется привесть Венеру в краску...
Поверю ль я, что все смиренья носят маску,
И нет упорных ей ни жен, ниже девиц!»
Ириса также порх, и по земному шару
Кидается и тут и там,
По кротким хижинам, по гордым теремам,
По кельям, — нет нигде толь редкого товару!
Взвилася, бедная, опять под небеса.
«Возможно ль! что за чудеса? —
Увидевши одну, Юнона закричала: —
О непорочность! что ты стала?» —
«Богиня, — воздохнув, посланница рекла, —
Из рук находка утекла!
Сыскались было три, которы век не знали
И имени любви; но, ах! к моей печали
Я поздно уж пришла! Эрмий перехватил!» —
«Ах, он негодница! да кем он послан был?» —
«Плутоном». — «Как? и хрыч затеял уж измену?» —
«Нет, фуриям на смену».
Довольно, право, ведь устали!
Послушайте меня, я сказку вам скажу;
Садитесь все вокруг, да чур... уж не жужу!
Однажды адской воевода,
Вы знаете, кто он? —
Угрюмый бородач, по имени Плутон,
Зовет к себе богов проворна скорохода —
Эрмия, и дает приказ:
«Ступай на землю ты в сей час
И выбери мне там трех девушек пригожих,
Или хоть вдовушек, лишь с фуриями схожих;
А эти уж стары, пора им отдохнуть!»
Меркурий порх, и кончил путь
Скорей, чем два раза мигнуть.
С минуту погодя, и важная Юнона
Ирисе говорит с блистательного трона:
«Послушай, душенька, не можешь ли ты мне
Найти в подлунной стороне
Трех девушек прекрасных,
Невлюбчивых, бесстрастных
И целомудренных, как чистых голубиц?..
Мне очень хочется привесть Венеру в краску...
Поверю ль я, что все смиренья носят маску,
И нет упорных ей ни жен, ниже девиц!»
Ириса также порх, и по земному шару
Кидается и тут и там,
По кротким хижинам, по гордым теремам,
По кельям, — нет нигде толь редкого товару!
Взвилася, бедная, опять под небеса.
«Возможно ль! что за чудеса? —
Увидевши одну, Юнона закричала: —
О непорочность! что ты стала?» —
«Богиня, — воздохнув, посланница рекла, —
Из рук находка утекла!
Сыскались было три, которы век не знали
И имени любви; но, ах! к моей печали
Я поздно уж пришла! Эрмий перехватил!» —
«Ах, он негодница! да кем он послан был?» —
«Плутоном». — «Как? и хрыч затеял уж измену?» —
«Нет, фуриям на смену».
Смотрите также
