Хитрый коврик
Пермяк Евгений Андреевич
Умной Машенька росла, да не все понимала.
Пошла она как-то в лес и ужалилась о Крапиву.
- Ах ты такая-сякая, колючая. Зачем только ты на свете живешь? Один вред от тебя!
А Крапива рассмеялась на это и сказала:
- Так и о пчеле можно только по жалу судить. А пчела ведь еще и мед дает.
Тут Маша как крикнет на весь лес:
- Да как ты можешь, бездельница, себя с пчелой-труженицей сравнивать!
- Вот что, - говорит Крапива, - приходи сюда осенью, я тебе ума-разума добавлю.
Не верилось Машеньке, что у Крапивы можно ума набраться, но пришла. А вдруг Крапива что-то дельное скажет? А Крапива пожелтела по осени. Состарилась. Голос у нее стал скрипучий, жесткий.
- Добудь, Машенька, рукавички, - говорит Крапива, - да выдергай меня и свяжи в пучки.
Надела Машенька рукавички, выдергала Крапиву и связала в пучки.
- А теперь, - говорит Крапива, - вымочи меня в речке и потом подсуши.
Вымочила Маша Крапиву, подсушила и снова спрашивает:
- Еще что придумаешь?
- Теперь, - говорит Крапива, - ломай мои стебли, мни, выколачивай из них лишнее. А дальше увидишь...
Опять Машенька сделала все то, что Крапива просила, и получилось длинное, прочное крапивное волокно.
Задумалась Маша, а потом решила: коли есть волокно, из него можно нитки спрясть. Спряла Маша нитки и снова задумалась. Думала, думала и решила из ниток коврик выткать. Выткала она коврик и вышила на нем молодую веселую крапиву. Повесила коврик на стенку и сказала:
- Спасибо тебе, Крапива, что ты мне ума-разума добавила. Теперь-то уж я знаю, что не все на свете пустое да негодное, что пустым да негодным кажется.
И стала с тех пор Маша обо всем думать, во все вникать, везде, в каждой мелочи для людей пользу выискивать.
Пошла она как-то в лес и ужалилась о Крапиву.
- Ах ты такая-сякая, колючая. Зачем только ты на свете живешь? Один вред от тебя!
А Крапива рассмеялась на это и сказала:
- Так и о пчеле можно только по жалу судить. А пчела ведь еще и мед дает.
Тут Маша как крикнет на весь лес:
- Да как ты можешь, бездельница, себя с пчелой-труженицей сравнивать!
- Вот что, - говорит Крапива, - приходи сюда осенью, я тебе ума-разума добавлю.
Не верилось Машеньке, что у Крапивы можно ума набраться, но пришла. А вдруг Крапива что-то дельное скажет? А Крапива пожелтела по осени. Состарилась. Голос у нее стал скрипучий, жесткий.
- Добудь, Машенька, рукавички, - говорит Крапива, - да выдергай меня и свяжи в пучки.
Надела Машенька рукавички, выдергала Крапиву и связала в пучки.
- А теперь, - говорит Крапива, - вымочи меня в речке и потом подсуши.
Вымочила Маша Крапиву, подсушила и снова спрашивает:
- Еще что придумаешь?
- Теперь, - говорит Крапива, - ломай мои стебли, мни, выколачивай из них лишнее. А дальше увидишь...
Опять Машенька сделала все то, что Крапива просила, и получилось длинное, прочное крапивное волокно.
Задумалась Маша, а потом решила: коли есть волокно, из него можно нитки спрясть. Спряла Маша нитки и снова задумалась. Думала, думала и решила из ниток коврик выткать. Выткала она коврик и вышила на нем молодую веселую крапиву. Повесила коврик на стенку и сказала:
- Спасибо тебе, Крапива, что ты мне ума-разума добавила. Теперь-то уж я знаю, что не все на свете пустое да негодное, что пустым да негодным кажется.
И стала с тех пор Маша обо всем думать, во все вникать, везде, в каждой мелочи для людей пользу выискивать.
Смотрите также
